Интернет-страна Вага

Районы Важского края:
Райцентры Поважья:
Областные центры:
 

Важский край
7 апреля 2006 (14)
Рудольф Чухин.

Записки солдата с забытой войны

Более 90 лет назад, а именно, 1 августа 1914 года началась Первая мировая война, в которую вступила и Россия. Это важная дата, потому что 2,5 миллиона русских солдат остались лежать в земле в результате той войны. Поводом для начала войны послужило убийство в боснийском городе Сараево сербским националистом Гаврилой Принципом наследника австро-венгерского престола эрцгерцога Франца Фердинанда. Под давлением Германии Австро-Венгрия 28 июля объявила войну Сербии. Россия всегда выступала в защиту братьев-славян и начала срочную мобилизацию. Германия потребовала от России прекратить мобилизацию, но не получив от нее ответа, уже 31 июля объявила России войну, в которую в итоге было вовлечено потом 38 стран земного шара с населением 1,5 миллиарда человек. Первая мировая война - это забытая война. У нас она считалась империалистической, так как после Октябрьской революции весь прошлый век делалось все, чтобы стереть ее из истории. И до сих пор мы пожинаем плоды этой неправды. А ведь в момент, когда она шла, эту войну в России называли Отечественной, считая первой войну с Наполеоном. Солдаты поднимались из окопов с криками: "За царя! За Отечество!". Разве не похоже это на призыв 1941-1945 годов: "За Сталина! За Родину!".

Это преамбула к тому, о чём я хочу рассказать читателям "Важского края". Передо мной на столе лежат две старенькие затертые записные книжки. В первой черного переплета размером 8х13 см, чтобы помещалась в карман гимнастерки, надпись, сделанная карандашом: "Памятная книжка принадлежит Евгению Егоровичу Стукову Архангельской губ., Шенкурского уез., Предтеченской вол. д. Чаплинская". Эта книжка, как и вторая, принадлежала моему деду Е.Е. Стукову, которого еще наверняка помнят нынешние старожилы ямскогорских, устьледских и шеговарских деревень. Прожил он 90 лет, скончавшись в 1982 году. Помнят потому, что во многих домах этих деревень оконные рамы, нехитрая деревенская мебель сделаны его умелыми руками. Помнят старушки и старики, что в советские годы за ветеринарной помощью обращались к зоотехнику Евгению Стукову, помнят зрелые мужики, что в Ледско-Немировской школе учил их столярному делу опять же Евгений Егорович Стуков.

Но вернемся к старым книжкам и забытой войне. Что мог тогда писать в них молоденький солдат Евгений Стуков, призванный на фронт в 22 года, оторванный от семьи, где перед самым призывом родилась дочь Аня, которая через 32 года даст жизнь мне. Листая пожелтевшие листочки, вглядываясь в полустеревшиеся во многих местах карандашные строчки, вижу записи о погоде, ожидании писем из дома от молодой жены Клаши, отмечены дни, когда получал их и когда отвечал, беспокойство за здоровье родных. Отмечу сразу: почту солдат в ту войну получал более быстро, чем сейчас внуки моих сверстников, что проходят службу в Чечне. Отмечены все передвижения по фронтовой линии.

Записи начаты в конце апреля 1915 года. "27 апреля в 12 ч. дня мы прибыли в г. Одессу. Ехали из Киева 1,5 суток. Дорогой местность очень красивая". Надо отдать должное, что новым местам, их природе, хотя бы тремя-пятью словами солдат отдавал внимание.

Румынский фронт находился рядом, но пока там было относительно спокойно. Судя по документам (БСЭ, т. 19), немцы в это время начали широкое наступление в Прибалтике, и дивизия, где служил дед, перебрасывается туда. "7 июля в 5 ч. веч. мы выступили из лагерей Одессы на вокзал. Выехали сначала на Прилуки, Бахмач, Гомель, Минск, Вильно. Не доезжая 43 верст г. Ковны (ныне Каунас), мы остановились, путь был прегражден. На ст. Кайшядоры неприятель сбросил 2 бомбы. Это было 11 июля. "20 июля был дежурным. Ежедневно летают немецкие эропланы". 22 июля, судя по записи, был артиллерийский бой, горит польская деревня. То же самое и 23 июля - снова сильный бой, пулеметная стрельба. До 2 августа снова отмечены сильные бои, но о потерях ни слова, видимо, цензура и наблюдение за солдатами были. Но вот всего 4 слова: "Наш полк сильно разбит". Пишет Евгений Стуков о работах: как выясняю, речь в основном идет о рытье окопов, установлении заграждений. Война войной, но ожидаемое прибытие высокого начальства, как и в наши годы, означает наведение порядка внутри подразделения. Ожидали великого князя Михаила Алексеевича, из дневника неизвестно, соизволил ли прибыть великий князь на позиции, так как все последующие записи говорят о боях, обстрелах. Навещали по ночам солдата и сны. Видел он, как правило, своих родных, либо товарищей по той, мирной жизни. Редко, но устраивались бани.

Наступил 1916 год. Евгений Стуков уже младший унтер-офицер, командир отделения. На двух страничках отделение записано поименно, там и там несколько фамилий вычеркнуто. Наверно те, кто уже никогда не вернулся домой. Последние январские дни благополучны, затишье с обеих сторон. Но летают "эропланы", надо понимать, с целью разведки, наши солдаты ходят на работу, ставить "рогатки". На некоторое время полк выводится в резерв, но недалеко от фронта. Записаны несколько адресов, интересен вот этот:"Устьпаденьгское:Верхопаденьгское дер. Артемьевская Федоту Гервасьеву Воюшину". Скорее всего, это был сослуживец дедушки. Имеется упоминание о выдаче новой кавалерийской винтовки с указанием номера 274801. Солдат мечтает об отпуске. Вот запись: "В отпуск не ожидай, нет счастья в службе, сказать прямо - б:ство, нестроевым - отпуск, а строевым, кому следует, да нельзя". Запись и о предательстве: "Во время бомбардировки один из офицеров сообщил немцам телефон, наши это узнали, тот-час же его отправили на ст. (?). Плевали ему в лицо". Идут бои, но в лихое время солдаты находят развлечение. Мы же знаем о "забавах" типа "русской рулетки" среди офицеров. А у солдата это карты. Дед пишет о том, что "нехорошо играть в карточные игры, отчего получается расстройство и вообще все вредное нужно понемногу сдерживать".

Дед в те годы верил в Бога: был, я думаю, глубоко верующим, так как в книжке этой и далее отмечал записью все религиозные праздники, постоянно помечал день Христова воскресения, Великой субботы. Получил молитву, которую надо было до обеда переписать и разослать другим 9 человекам и сделал это. Вера в Бога и оставила, наверное, Евгения Егоровича в живых в ту забытую войну, как и в гражданскую, а потом и Великую Отечественную, на которую его мобилизовали в 50 лет. "10 апреля 1916 г. Пасха! Светлое Христово Воскресенье: встал, похристосовался с товарищами и стал разговляться. Слава Богу, всего было достаточно, и яиц, и ситново, сала, консервы, масла:Благодаря Бога праздник встретили хорошо, ведь и нужно понять. Дело военное и к тому же стоим на позиции".

Пишет о встрече сослуживцев, воевавших кто под Варшавой, кто под Новогеоргиевском, сам рассказывал про бои под Ковно, "где наша 104 дивизия всех людей там почти оставила. Кто погиб, тому Царство небесное, честь и слава!". Записи становятся смелее. Евгений Стуков, уже не скрывая, пишет об убитых и раненых. Были в атаке: "Передо мною разорвался снаряд всего в 5 шагах, Бог спас, только охватило жаром: окопы все совершенно сравнялись, убитые и раненые лежат. Это прямо ужас". Но Бог услышал молитвы солдата. 18 мая 1916 года получает отпускной билет. Через Невель, Петроград, Вологду в Архангельске 22 мая. Через два дня уже в Шеговарах, а вечером 24 числа "уже был в родном очаге, невыразимая радость". Но отпуск закончился быстро, 12 дней пролетели, как миг, и 5 июня "поцеловав маленькую Анну" с провожавшей его Клашей, ушел в Шеговары, где уже стоял пароход, а Клаша еще долго махала платочком. 11 июня уже был в своем полку и снова "горячие бои, канонада, большие потери убитыми. Меняется командир дивизии. Записи о переходах, смене позиций. "Трудны эти походы, без жалости гонят, как скот, бедных солдат. А начальству что, они на лошадях, дождь и грязь им ни при чем, почти у каждого плащ, а ты еле-еле плетешься сзади. Тяжести - вещмешок, 120 штук патронов, винтовка, да еще неприкосновенный запас сухарей. Боже мой! Как все это пережить. Господь верой помогает. Господи! Кто если останется живой после войны, вовеки не забудет этих годов, за что наш брат погибает? Вновь меняется командир дивизии, устраивает смотр, и когда? "Нет ему времени построить днем, приехал в 10 ч. вечера, темень. Подумаешь, считают нас как собак, да еще хуже".

В начале августа дивизия перебрасывается на границу с Австро-Венгрией, войска которой терпят поражение. В книжке Е. Стуков пишет о первых австрийских пленных, людские потери с обеих сторон велики. "Боже мой! Что происходит, что льется столько крови". Вместе с тем пишет об обстоятельной подготовке к войне австрийцев, пулеметные гнезда у них сделаны из цемента и рельсов, окопы без козырьков, проволочные заграждения выше наших. Отмечает низкий уровень своего среднего командирского звена: "Какой-нибудь прапорщик, серый как пробка, только и знает, что кричит на солдат, а солдат бедный все переносит, как ему ни трудно. Потому что он забит, ему слова сказать нельзя".

Бои продолжаются, отмечает, что австрийцы задумали наступление, но были отбиты. Румыния объявляет войну Австрии. Кстати, даты основных событий совпадают в записках деда с указанными в БСЭ. Редкий день без перестрелок. Противник начинает применять отравляющие вещества, солдатам начинают выдавать противогазы Зелинского. 19 сентября командование предупредило, что ожидается жестокий бой, и он действительно произошел. Редкий день без обоюдных атак, люди гибнут. С каждым боем растет применение минометов. "Хорошо видно, как снаряд летит, как ворон черный". 26 сентября следует приказ о новом наступлении, с утра бьет артиллерия, минометы, противник опять обстреливает еще и удушающими газами. Села, через которые приходится двигаться, разорены, от хороших каменных зданий одни развалины. Запись, датированная 19 октябрем, говорит о новом наступлении австрийцев, жестоком бое, полк выступил на поддержку: "Шли по грязи, по дороге лежат трупы убитых, противника не удержали, взяты наши окопы, положение наше очень плохое". В последний день октября сделана запись о пище, варят плохую селедку, чечевицу на одной водичке, каши на 7-10 человек один котелок, что положено солдату - недодают. Но, как бы ни накормили, а война продолжается: бои, бои, то в обороне, то в атаке. Записи в первой книжке обрываются 18 ноября словами "Солдатской песни" в 70 строчек на двух с половиной листочках.

 
Погода в Шенкурске

ОБЪЯВЛЕНИЯ

РЕКЛАМА

© WWW.VAGALAND.RU – Интрернет-страна Вага