Интернет-страна Вага

Районы Важского края:
Райцентры Поважья:
Областные центры:
Резина уплотнительная для холодильника атлант

Холодильник Атлант Инструкция По Эксплуатации. Скачать. Читать

servisekiev.com.ua

Патина для металла

патина для металла

rukonig.ru

 

Важский край
23 сентября 2005 (38)
Инф.

Полеты во сне и наяву

Давно идут споры: бывают ли цветные и вещие сны? Одни утверждают, что бывают, другие скептически заявляют, что наукой это явление досконально не изучено, поэтому сны находятся в области вымысла и фантазии.

Эта история произошла в одну из первых моих командировок в Сибирь. Все лето одна из групп нашего авиаотделения, сменяя друг друга, находилась в Сибири на тушении лесных пожаров. В начале августа настала и наша очередь. Немедленно выехали в Архангельск, где была сформирована команда из парашютистов-пожарных, в которую вошли группы из Онеги, Каргополя, Вельска, Верхней Тоймы, Шенкурска и Красноборска.

Команда погрузилась на самолет "Ан-24" и вылетела в Сибирь. Самолет приземлился в аэропорту города Урай. Наше внимание привлекло звено желтых, горбатых, поршневых самолетов польского производства, очень похожих на штурмовик "Ил-2" времен войны. Они заправляются топливом, водой с пламягасящими добавками и выруливают на взлетную полосу. Так синхронно, в боевом строю они и взлетают. Тут же за городом, за рекой, они по очереди пикируют, бомбят водяными бомбами лесной пожар - старую вырубку, поросшую кустарником. Со стороны зрелище очень красивое, ну хоть кино снимай. Израсходовав запас воды, они садятся, заряжаются - и снова взлет. Так работают целый день, отрабатывают новую технологию тушения, без участия человека на кромке пожара.

Мы, переночевав в гостинице, на следующее утро улетели в город Ханты-Мансийск, а уже отсюда разлетелись по пожарам. Прошло три недели, за это время наша группа десантировалась на три лесных пожара, которые были быстро и оперативно потушены. Для этого, собственно, и была создана наша служба: вовремя обнаружить лесной пожар, потушить малыми силами и средствами, не привлекая тяжелую технику.

Вот наша группа на борту самолета "Ан-2" летит "на дым". Звучит команда: "Одевайтесь!". Пока самолет кружит над пожаром, надо надеть костюм СПП (снаряжение парашютиста-пожарного), который защитит от поколов и порезов о сучья в случае приземления на лес; парашюты; сверху осмотреть пожар и площадку приземления. Будем прыгать на большой потушенный пожар, у которого возобновилась юго-западная кромка. Между огнем и речкой есть светлый пятачок мелколесья. Это и будет наша площадка приземления.

Нам дано задание: ликвидировать огненный прорыв, восстановить положение. Я прыгаю первым, как у нас говорят "на мясо". При необходимости должен скорректировать направление и выдержку выброски, чтобы все пришли один к одному, как говорят, "купол в купол".

Звучит короткий сигнал сирены. Встаю и подхожу к открытой двери, встал наизготовку в проеме. Слышу второй длинный сигнал, инструктор по плечу хлопает: "Пошел!". Энергично отталкиваюсь от обреза двери. В лицо бьет упругий поток воздуха, в ушах свист ветра. Про себя отсчитываю секунды.

Выдергиваю вытяжное кольцо, в этот момент перехватывает дыхание, словно облили ледяной водой. Хотя у меня и не первый прыжок, никак не могу привыкнуть к этому моменту. Такое впечатление, что до этого момента меня хоть как-то держал маленький парашютик, и вдруг все оборвалось, стремительно понесся вниз. Хочется посмотреть вверх, что с парашютом, но смотреть в этот момент вверх нельзя. ПТЛ- 72 с массивными замками ОСК-Д (отстегивания свободных концов - Доронина) жестко и незамедлительно наказывает за неправильное отделение и излишнее любопытство во время открытия синяками, рваными ранами на шее, лице. Особенно красивые ровные красные полоски остаются на носу от ребристой поверхности фиксатора гашетки. Был случай, когда удар замка сорвал защитный шлем с головы.

Инстинктивно группируюсь, поднимаю ноги, втягиваю голову в плечи. Резкий динамический удар, смягченный подвесной системой, говорит о том, что купол открылся, и я повис на стропах. Только тогда смотрю вверх. Надо мной расцвел красно-оранжевый круг парашюта. Из груди вырвался выдох облегчения. Хочется петь от счастья и радости невообразимого ощущения свободного полета. Но пока радоваться рано, надо осмотреться, найти пожар и площадку приземления, "пощупать" ветер, определить створ и возможности купола.

На этот раз расчет выброски у летнаба был идеальным, можно было даже не управлять парашютом, перед самой землей развернулся против ветра и мягко приземлился. Тут же достаю рацию и докладываю: "Борт, площадка, приземление нормальное, выброска идеальная". Борт отвечает: "Понял, встречай троих". Следующим заходом от самолета одна за другой отделились три точки, над которыми расцвели цветные парашюты. Так же по очереди они приземляются рядом со мной в прямой видимости, о чем радостно сообщают: "Нормально!". Сразу же докладываю: "Борт, площадка, приземление нормальное". Борт отвечает: "Понял, встречай груз".

Самолет снижается до высоты сто пятьдесят метров, над нами выбрасывают грузовую торбу, тут же хлопает открывшийся парашют. Торба, сильно раскачиваясь на стропах, со всего маху плюхается в воду, только брызги в разные стороны. Речка шириной всего шесть метров с темной стоячей водой, похожая на староречье, но довольно глубокая.

Я бегу спасать торбу, ведь там хлеб, продукты на пять суток, потому что всех ближе нахожусь к ней. Хорошо, что купол упал на мою сторону, не пришлось лезть в воду. За стропы подтаскиваю торбу к берегу, а затем и на сушу. Хлеб, конечно, подмок, но остальные продукты находятся в герметичной таре. Второй грузовой парашют со спальными мешками и шанцевым инструментом падает на сухое место. Последним борт покидает инструктор группы.

Вот мы все в сборе, работаем по плану, который возник еще в самолете. Парашюты будем собирать потом. Разбираем инструмент: кто сбивает пламя ранцевыми огнетушителями, благо, вода рядом; кто лопатами и топорами создает минполосу, перекрывая узкий сухой перешеек между болотами, по которому пожар может прорваться в обширный лесной массив.

На площадке приземления собираемся только к вечеру, когда уже начало смеркаться. Подхожу к торбе, чтобы собрать грузовой парашют. Под ногой квакнула лягушка, бросаю ее в воду. Она успевает сделать несколько движений, как вдруг раздается глухое "шлеп!", и на воде остались только расходящиеся круги. Федор Чистяков, увидев это, быстро разматывает удочку. Я нахожу вторую лягушку, примечаю третью.

Вот наживка на крючке летит в воду. Снова раздается смачное "шлеп". Удилище энергично забилось в руках. Федор со сноровкой заядлого рыбака вытаскивает щуку - кило двести, не меньше. Еще одну лягушку ждет та же участь. Но лягушки куда-то вдруг все подевались, а овода и короеды рыбу не интересуют. Две щуки есть!

Ставим палатку, оборудуем лагерь и, поужинав превосходной щучьей ухой, ложимся спать.

Утром проснулся с возгласом: "Мужики! Сегодня вечером мы дома будем!". Владимир Толстиков, зло сплюнув, говорит: "Ты сам-то прикинь! Бывает, находимся на пожаре, до Шенкурска рукой подать, но не можем по нескольку суток выбраться с пожара. А тут захотел, из Сибири домой на ужин попасть. Во-вторых, у нас еще командировка не кончилась, как минимум еще неделю работать".

- Хотите верьте, хотите нет, - говорю, - а давайте собираться, осмотрим пожар, сготовим завтрак, обедать нам здесь уже не придется, ужинать будем дома. Палатку оставим, ее свернуть недолго. За завтраком расскажу свой сон.

За завтраком, через полтора часа, когда осмотрели пожар и собрали свое снаряжение, начал свой рассказ:

- Как мы отсюда выберемся, я не знаю, но приснилось мне, что наш самолет "Ан-2", на борту которого мы находимся, заходит на посадку в аэропорту Шенкурска. Самолет садится, а потом заруливает на стоянку. К нам для разгрузки подъезжает машина "ГАЗ-66", за рулем которой сидит Леха Коновалов!

Владимир Толстиков меня перебивает, хитро улыбаясь, разводит руками:

- Так у нас же нет "шестьдесят шестой"!

- Слушай дальше. Без заезда на авиаотделение нас развозят по домам. Я спрыгиваю на дорогу около дома, машина отходит. Стою в изумлении. Есть точное выражение такого состояния: "Смотрит как баран на новые ворота". Есть от чего удивиться: дом - тот, в котором я живу, но что-то в нем не так, не мой он. Стукнул каблуком - асфальт, а когда уезжал, была грунтовая дорога. Слева на участке, где был навес с дровами, стоит гараж, который только еще планировал строить. Новый беленький забор, а был старый, потемневший от времени. Да и с домом что-то не то: он как бы подрос, вытянулся к дороге. Во сне я подошел к дому проверить, зад на месте, а перед действительно вытянулся. От такой головоломки мозги у меня закипели, и я проснулся.

Мы уже собрались, повесили включенную "Ромашку" на дерево, чтобы увеличить радиус приема.

К одиннадцати часам в рации захрипело, потом раздалось: "Архангельские есть? Собирайтесь!". Инструктор группы Виктор Копченов берет рацию, сначала по звуку, а потом визуально наводит вертолет на площадку приземления. Вертолет, хлопая винтами, проходит над нами, вторым заходом подсаживается к нам. Быстро грузимся. Взлет, летим больше часа. В аэропорту города Урая вертолет заходит на посадку, по-самолетному пробежавшись по взлетной полосе, заруливает на стоянку, на которой стоит "Ан-24", у которого толпятся коллеги из Северной авиабазы. Перегружаемся, наше место в хвосте у самой рампы. "Смотрите, смотрите!". Все, кто смог, прильнули к иллюминаторам. Желтые штурмовики продолжают бомбить пожар, который за это время стал только больше. Самолет быстро набирает высоту, поползли кружева инея. Через два часа самолет приземляется в Верхней Тойме и заруливает на стоянку. Нас уже ждет самолет "Ан-2" во главе со старшим летнабом Валерием Павловичем Семушиным. Приветствуем друг друга, перегружаемся в наш самолет и тут же взлетаем. Через сорок минут "Аннушка" заходит на посадку в Шенкурске. Знаками показываю: смотрите что сейчас будет. Самолет благополучно садится и заруливает на стоянку. К нам подъезжает Леха Коновалов на машине "ГАЗ- 52". Перегружаемся и едем почему-то на авиаотделение. Домой пришлось идти пешком, только после решения всех производственных вопросов.

Затылком чувствую смешливые взгляды, да сам понимаю: наплел с три короба.

Подошел к дому, встал на то место, где стоял во сне. Ковырнул каблуком - нет, грунтовая дорога, слева навес с дровами, старый забор, да и дом на месте, ни на сантиметр не сдвинулся.

Отдохнув пару дней, приступил к обновлению забора, а затем к строительству гаража, который долго стоял в глубине участка, не на месте.

Этой же осенью в сентябре улицу закатали в асфальт. Через год на авиаотделение поступил вездеход "ГАЗ-66", заменив "ГАЗ-52".

Еще через год моя семья переехала в новую квартиру, дом перешел шурину Николаю. Он со своим отцом пристроил комнату, дом и вытянулся к дороге. Наступила перестройка, трудности с работой. Николай с семьей переехал в Вельск на постоянное место жительства. Дом пришлось продать.

Теперь, когда я прохожу мимо дома, про себя улыбаюсь, вспоминая вещий сбывшийся сон: асфальт, гараж, новый забор и дом. Не мой!

Василий Спиров, парашютист-пожарный Шенкурской авиагруппы Северной авиабазы, филиал. ФГУ "Авиалесоохрана".

 
Погода в Шенкурске

ОБЪЯВЛЕНИЯ

РЕКЛАМА

© WWW.VAGALAND.RU – Интрернет-страна Вага