Интернет-страна Вага

Районы Важского края:
Райцентры Поважья:
Областные центры:
 

Важский край
11 марта 2005 (10)
Евгений ОВСЯНКИН.

Хорошо, но не доделано

Редактор "Важского края" Владимир Григорьевич привез в Архангельск дорогой для меня подарок - "Книгу памяти" Шенкурского района - дань почтения потомков своим отцам и дедам, землякам, павшим на полях сражений в тяжкие годы Великой Отечественной войны.

:Отлично помню, как я, еще совсем зеленый мальчишка, возил из Тарни в Шенкурск на призывной пункт друзей моего детства и ранней юности. Сначала - соседа Павла Олешева, родившегося в 1923 году, затем Гришу Углового и Мишу Олешева и, наконец, совсем юного, 17-летнего Васю Павловского. Увы, ни одного из них уже нет в живых. Двое упоминаются в книге, как пропавшие без вести, а двое вернулись, но тоже уже ушли от нас. И с каждым днем скудеют ряды ветеранов, участников войны.

В краткой вводной статье этой книги приводится жуткая статистика: из 10 тысяч шенкурян, призванных на защиту Отечества, более шести тысяч сложили свои головы в смертельной схватке с коварным и сильным врагом. Эта статистика наиболее четко отражает страшную цену нашей Победы! Таких жертв и потерь не знала история человечества. Но мир и не знал такой стойкости, такого массового героизма и мужества, какие проявил российский народ в 1941-1945 годы.

Введение содержит и другие сведения, характеризующие трудовые свершения наших земляков в военную пору: их работу на колхозных полях, на лесозаготовках, их помощь фронту.

Одним словом, составители книги провели огромную выявительскую и собирательскую работу, чтобы, по возможности, более полно отразить, пожалуй, наиболее скорбную страницу истории Важской земли. И за это сердечное им спасибо!

Не хочется в предъюбилейные дни 60-летия Победы говорить о просчетах составителей и недостатках ценного труда. Но, как говорится, истина дороже всего. Как человек, причастный к составлению книг подобного рода, знаю, как легко при значительном объеме подобной работы допустить неточность, опечатку, которые, к сожалению, для потомков оборачиваются досадной горечью и непониманием.

Нелегко анализировать весь труд. Но хочу подтвердить свое утверждение на примере Тарнянского сельсовета, даже родной деревни Шульгинской. Вот они, до боли знакомые имена и фамилии людей, с которыми вместе работал, жил в одной деревне, знал всю их родню в других селениях.

Вскоре после революции 1917 года в моей деревне насчитывалось 20 дворов, проживало 68 человек. В годы коллективизации ряды жителей значительно поредели, но все-таки 16 моих земляков ушли на фронт. 11 из них навсегда остались в далекой чужой земле. В их числе мой 40-летний отец Иван Степанович, мои соседи 20-летние Анатолий Константинович и Александр Григорьевич Олешевы. Деревня теряла своих кормильцев постепенно, начиная с того тяжкого июньского, первого дня войны, кончая 1944 годом. А самый большой призыв состоялся осенью 1941 года: на фронт уходило старшее поколение мужчин, которым перевалило далеко за сорок лет. И каждый из них оставлял на жену и престарелую мать как минимум четверых- пятерых детей.

Что же найдет потомок или дальний родственник в книге памяти о своих родных? Понятно, что подобное издание не может дать подробных сведений. В книге воспроизводится все предельно кратко: фамилия, имя, отчество солдата, место призыва или его проживания, время и место гибели.

И вот тут мы встречаемся с теми неточностями, которые вызывают понятные недоумения и огорчения. Вот имя моего отца Ивана Степановича (стр. 121). Все данные верны, они уже приводились в областной книге памяти. Но год рождения указан далекий от истины. По книге он родился не в 1901, а в: 1923 году, т.е. только четырьмя годами раньше своего первенца, т.е. меня.

Иду дальше. Об Олешеве Анатолии Константиновиче сведения тоже вроде бы все верны, за исключением того, что, как повествует книга, он родился не в своей, а в соседней, Рыбогорской деревне.

До боли огорчил тот факт, что в книге я вообще не нашел своего любимого соседа Александра Григорьевича Олешева. К началу войны он окончил Шенкурское педучилище и работал в районо. Помню, как терпеливо он учил меня читать, снабжал тетрадями и книгами. К сожалению, моего первого учителя вообще нет в книге. Он, как говорится, "не прошел" по сельсовету, так как жил уже в Шенкурске. Но его нет и среди тех, кто был призван из районного центра. След умного и талантливого человека затерялся в далеких уже теперь потемках истории. А жаль! Ибо искать истину некому - он не оставил потомков.

Я не буду писать о других неточностях и досадных промахах. Менее всего я хочу обвинять кого-либо в этом. Истоки этих промахов (немало наделали их и мы, составляя областную книгу памяти) лежат в объективных обстоятельствах.

Подумать только: мы начали заниматься по-настоящему "книгами памяти" лишь 50 лет спустя после разгрома фашистской Германии. За это время постарели вдовы бывших солдат, а многие уже ушли из жизни. Сыновья и дочери разъехались по всей России. Исчезли с лица земли сотни деревень и даже сельсоветов. В администрациях сельсоветов работают уже правнучки бывших воинов. К тому же многие защитники Родины уходили на фронт ранее 20-летнего возраста, не оставив детей. Все это создало невероятные трудности для установления истинного положения дел с нашими потерями на местах, с поиском документов и т.д. И все это наводит на размышления о благородной миссии тех, кто посвятил свое время созданию подобной книги.

Прежде всего, от имени солдатских детей, оставшихся сиротами в военное время, хочется еще раз поблагодарить всех, кто принимал участие в составлении "Книги памяти".

Во-вторых, я думаю, что следует собрать те сведения, которые будут поступать с мест в результате знакомства с этим изданием. Нужно их суммировать, свести вместе и, может быть, сделать небольшую вставку со всеми уточнениями, которые будут содержаться в письмах потомков.

Для меня, как историка, невольно напрашивается вывод о том, что требуется создать серьезный труд об истории нашего района в годы Великой Отечественной войны. Это, по сути дела, нетронутое целинное поле для молодого историка. И пока еще не ушло время, пока еще живы некоторые ветераны, люди, пережившие то суровое время, нужно собрать их воспоминания, насытить такой труд документами, фотоснимками и издать его для назидания потомству.

Евгений ОВСЯНКИН. Почетный гражданин г. Шенкурска.

От редакции. Составители "Книги памяти" предусмотрели возможность её дополнения, какое предлагает и Е.И. Овсянкин. В своём обращении к читателям, помещенном в начале книги, они отмечали её особенность, которая заключается в том, что "Книгу памяти" нужно считать открытой, то есть незаконченной. Дополнительные сведения, уточнения к материалам, содержащимся в книге, составители просят направлять в военный комиссариат района или в краеведческий музей. Сведения, предоставленные Евгением Ивановичем, редакция также передала в музей. Здесь с этими и другими новыми данными по мере их поступления могут познакомиться все, кто имеет свой экземпляр книги, и внести в него соответствующие поправки.

 
Погода в Шенкурске

ОБЪЯВЛЕНИЯ

РЕКЛАМА

© WWW.VAGALAND.RU – Интрернет-страна Вага